.... это не право одиночного сильного-свободного выродка. Это право более успешного общества. Успешность которого основана в том числе и на удачных механизмах ограничения сильных-свободных выродков. То есть тысялетяями гороженный огород вполне разумно назавать "естественным право". Гораждо разумнее, чем чета такое "врожденное неотемлемое" ибо из такового действиетельно ощутимо, кроме силы, гторвности обмануть етц., а все остальное необщественное разваливается в труху, стоит лишь по-честному ткнуть пальцем.
Выстроенное не надо называть естественным (врожденным). От этого у наивных людей, вроде меня, появляется неадекватное поведение, необоснованные надежды и попадание в опасные обстоятельства. И полжизни уходит на отделение сказок от реальности. Хотя общество может вполне гордиться выгороженым огородом, не стоит рассказывать детям, что огород был здесь вечно. Была пустошь.
Эта... вроженным я бы вообще ничего такого не называл. Особенно человечески-врожденным. Одно из решительных отличий челолвека от животных как раз в резко меньшем количестве индивидуально-врожеденного. Это одна из причин, по которой мне многие индивидуальные аристокарты духа напоинают мне довольно скученную стаю.
Далее - в данном случае я бы сказал... вернее даже говорил - не о выстроенном, а о выстроившемся. Оно, выстроившееся, во многом умнее строителей. И когда являецца глубоко-свободно мыслящий перестраиватель, нам следует относиться к нему с максимальной подозрительностью. Особенно, если он явно расчитвает на наше доверие (типа, уклоняесь от разговора про критерии, не поясняет своей глубокой мылси простыми примерами, а советует читать тома выдающихся в писании людей и в конце всего фигурно пожимает плечами).
В защиту рассказчиков могу сказать, что занятие отделения ихней мысли от реальности весьма увекательно.
Чуть-чуть помеянть оттенки и буду абсолютно согласен
Date: 2011-04-17 06:15 pm (UTC)no subject
Date: 2011-04-17 07:40 pm (UTC)no subject
Date: 2011-04-17 10:09 pm (UTC)Далее - в данном случае я бы сказал... вернее даже говорил - не о выстроенном, а о выстроившемся. Оно, выстроившееся, во многом умнее строителей. И когда являецца глубоко-свободно мыслящий перестраиватель, нам следует относиться к нему с максимальной подозрительностью. Особенно, если он явно расчитвает на наше доверие (типа, уклоняесь от разговора про критерии, не поясняет своей глубокой мылси простыми примерами, а советует читать тома выдающихся в писании людей и в конце всего фигурно пожимает плечами).
В защиту рассказчиков могу сказать, что занятие отделения ихней мысли от реальности весьма увекательно.